Тот, кто первым построит лунный город

Лунный город частной корпорации ломает хребет привычной экономике и понятию суверенитета. Когда SpaceX или любая другая корпорация начинает ежегодно выводить на орбиту мощности, превышающие суммарную энергогенерацию всей земной цивилизации, классическое государство теряет монополию на насилие и стратегическое планирование.
США в этом сценарии оказываются в двойственной ситуации: с одной стороны, они получают колоссальный буст ВВП, так как юридически корпорация, скорее всего, останется в американской юрисдикции, а доллар де-факто станет межпланетной валютой, обеспеченной киловатт-часами и вычислительными мощностями. С другой стороны, баланс сил смещается необратимо: корпорация, контролирующая лунные рельсотроны и орбитальную группировку с ИИ, становится субъектом, с которым Вашингтон, Пекин или Брюссель вынуждены договариваться как с равным, а то и старшим братом. Это возврат к эпохе Ост-Индской компании, где корпорация обладает флотом и ресурсами, превосходящими национальные, и способна диктовать условия глобального рынка, просто регулируя стоимость доступа к орбитальным вычислениям или энергии.

Появление лунной промышленности само по себе драматически обрушивает стоимость космической инфраструктуры, здесь кроется ключ к переходу к цивилизации I, а затем и II типа по шкале Кардашёва. Сейчас главный враг космической экспансии - это гравитационный колодец Земли и атмосфера. Строительство заводов на Луне, где гравитация в шесть раз ниже, а атмосферы нет, позволяет использовать электромагнитные катапульты - те самые рельсотроны - для вывода грузов на орбиту без сжигания топлива. Это снижает стоимость килограмма полезной нагрузки с тысяч долларов до центов, ограниченных лишь стоимостью электричества и амортизацией оборудования. Когда стоимость вывода стремится к нулю, начинается экспоненциальный рост мегаструктур: заявленные Маском 100 ТВт новых мощностей каждый год это уровень, который Земля не сможет переварить экологически, но в космосе это становится фундаментом для сферы Дайсона или, как минимум, роя Дайсона. Это сулит переходом от дефицитной экономики ресурсов к профицитной экономике энергии и материи, и формально фиксирует движение по шкале Кардашева.

Лунная индустрия неизбежно станет необходимым логистическим хабом для астероидной экономики. Тащить ресурсы с астероидов на Землю глупо, а вот перерабатывать их на Луне или в точках Лагранжа, используя лунные производственные мощности, - идеально. Луна, по сути, превращается в гигантскую верфь и перевалочную базу. Сборка гигантских кораблей на земной орбите всегда будет упираться в необходимость поднимать компоненты со дна гравитационного колодца, в то время как лунные верфи могут штамповать километровые конструкции из местного алюминия и титана, отправляя их в глубокий космос с минимальными затратами топлива. Это открывает дорогу к промышленному освоению пояса астероидов, так как у нас появляется дешевая база подскока и ремонта, не требующая дорогостоящего входа в атмосферу Земли.

Что касается энергетики и данных, то здесь открывается, пожалуй, очень интересная перспектива: Луна становится главным сервером человечества. В условиях вакуума и низких температур (особенно в затененных кратерах на полюсах) создание КВАНТОВЫХ дата-центров гигантских масштабов становится инженерно проще, чем на Земле. Если добавить к этому практически неограниченную солнечную энергию без потерь в атмосфере, мы получаем идеальную среду для тренировки и содержания тех ИИ, о котором грезит Маск. Луна превращается в вычислительное ядро цивилизации, вынесенное за пределы биосферы, чтобы не греть атмосферу планеты триллионами ватт тепла от процессоров. Похоже разделение труда: Земля остается жилым кварталом и биологическим заповедником, а Луна становится заводским цехом и серверной.

Сам научный прогресс при таких раскладах уже перестает быть линейным и становится взрывным, особенно в областях материаловедения, физики высоких энергий и астрономии. Постоянное присутствие людей и неограниченные промышленные мощности позволяют строить ускорители частиц размером с экватор Луны и телескопы с апертурой в сотни километров. Обратная сторона Луны, навсегда закрытая от земного радиошума толщей спутника, является единственным местом в Солнечной системе, идеально подходящим для низкочастотной радиоастрономии. Там будет построен массив радиотелескопов, который наконец-то позволит заглянуть в "темные века" Вселенной до рождения первых звезд и, возможно, засечь техносигнатуры других цивилизаций, которые тонут в шуме земных радаров и мобильной связи. Это будет не просто обсерватория, а "глаз", способный разглядеть атмосферы экзопланет с детализацией, недоступной никаким орбитальным телескопам типа "Джеймса Уэбба".

В сухом остатке, строительство лунного города означает, что человечество перестает быть монопланетарным видом не биологически, а экономически и индустриально. Центр тяжести принятия решений, производства и вычислений смещается за линию Кармана, а земная геополитика превращается в возню в песочнице на фоне работы карьерных самосвалов. Тот, кто первым построит лунный город и запустит рельсотрон, фактически приватизирует будущее Солнечной системы, превратив остальные нации в клиентов своей инфраструктуры.

Обожаю хуцпу от научпоп ботов, - размышления лягушки на дне гравитационного колодца. По Кардашёву.

Во-первых в век нейронок (а у корпораций они совсем другого качества) верифицировать существование иной космической поверхности невозможно. Что такое Луна не ясно до сих пор. Первые описания гласили, что любые объекты при прилунении утонут в космической пыли. Поэтому в 1964 General Motors выпустил модель Lunar Crawlers со сферообразными колесами и распределил нагрузки:



Во-вторых, так называемое научное знание скомпрометировано. Актеров и дальше можно запирать на двое суток в бочке, в неосвященном ангаре и "высаживать на Луну". Снимать там кино с Пересильд, как она моет голову шампунем head & shoulders:

​

Как распильная тема (пампинг акций) и перезапуск сериала для гоев, - понятно. А вот как экспансия, - ради чего? Для жизни в кромешном ледяном аду существует Норильск. Откуда люди бы сбежали, появись возможность.

Хуцпа про перенаселение? Планомерное сокращение популяции биологических-npc идет полным ходом. Скоро все уместятся в каком-нибудь гигахруще, пока полностью не будут заменены роботами.

Тему двигают каждому поколению, с детства закладывая паттерн восприятия трудовой вахты в металлической бочке как мечту:



Чью мечту?

Кто-то очень давно пытается освободиться со дна гравитационного колодца, но биологические npc слабо подходят для реализации плана. Дохнут от радиации и не спешат строить лунный рельсотрон.