Вопросы, ответы, мысли

Это ведь злокозненная подлость - внушать русским самоотождествление с крестьянами. Понятно, что крестьян в России было под 90%. Но в исторической ретроспективе их везде было под 90%. Однако стоит сказать "француз", и из подсознания возникает образ мушкетёра, слово "японец" ассоциируется с самураем, а уж слова "поляк" и "шляхтич" - это почти синонимы. Англичанин - как минимум джентльмен, если не лорд.

Разумеется, в ХХ веке повсеместно имели место социальный прогресс и демократизация культуры. Но в сам фундамент существующих ныне культур были положены аристократические образы. Знаете, какая легенда является самой популярной в Чехии? Легенда о бланицких рыцарях. Рассказывают, что это чешские рыцари, много веков спящие внутри горы Бланик. Когда чехам будет хуже всего, когда страна и народ окажутся на краю гибели, рыцари проснутся, выйдут на свет и станут сражаться. Похоже, каждый чех хочет верить, что такой бланицкий рыцарь скрыт и внутри него самого.

Советская культура представляет собой исключение. Советские предпочли крестьянскую самоидентификацию. Это сделало советских планетарными маргиналами, утратившими способность понимания образа мыслей как западных европейцев, так русских. Например, советские искренне не могут понять, почему у поляков к ним больше претензий, чем к немцам. Ведь с советской точки зрения немцы убили в Польше миллионы людей, а советские расстреляли всего лишь несколько тысяч пленных офицеров. Но для поляка эти офицеры - дворяне, цвет нации и соль земли, в их лице убивалось лучшее, что было в Польше.

Знакомая полька рассказывала, как при социализме, когда в стране официально была принята советская версия Катыни, за закрытыми дверьми учителя истории неофициально излагали ученикам версию, ныне ставшую общепринятой.
Ни история, ни политика эту польку особо не интересуют. Человек она довольно циничный, чуждый любых сантиментов. Происходит из бедной деревенской многодетной семьи. Она даже помнит, что её бабушка жила в хижине с соломенной крышей. Но видели бы вы, с каким жаром она говорила о расстрелянных в Катыне офицерах. Ведь это были лучшие представители её народа. А людям свойственно отождествлять себя с лучшими.

Но только не советским.

Тщательное прививание советским пролетарско-крестьянской самоидентификации - это внушение объекту, что его удел - социальное дно, а блага этого мира созданы не для него. Именно объекту, а не человеку. Потому что в данном случае он выступает не как субъект, а как объект внушения. Говоря совсем просто, это наезд и опускание.

bohemicus

Помню я эту чесночную гордость в биографиях партийных деятелей, выборных кандидатов и прочих "выдающихся" - человек из рабоче крестьянской семьи. И это подчеркивалось, мол "свой, из народа!".
Дети дворничих и их профпригодность.

Для меня образом "тех русских", если не брать царя, является саратовский губернатор.



Но это не образ для советских, для них, в лучшем случае, "это ни на что не похоже", а в худшем их корежит. Их всегда корежит с подобных тем; им противна мысль, что они не вершина всего. Думаю у советских есть и подсознательное ощущение своей ничтожности, когда тебя "даже образ ранит", просто потому что - пропасть несоответствия. И страшно подступиться, чтобы ее преодолеть.

Потому их легко выделить.
"И скифы, и азиаты, из крестьян, денег не надо, подавай злого царя, чашку кислой каши, как завещал Сосо, он еще тост поднял, а можно сапогом в пах - потом пиво, чтобы не кашлять..."

Сначала их всех обманули, а потом они сублимируют, что не стали тем, кем их обманули.

До 1974 года, свыше пятидесяти миллионов жителей СССР, были официально рабами без паспорта. Вот официальный конец крепостного права.
Советским колхозникам внушили, что скоро они полетят к другим планетам, вместо того, чтобы они получили собственность, навели на ней порядок и хотя бы досыта наелись мяса и сыра.
Их советские потомки контраргументируют, мол как можно обменивать мечту о ракете, на жрачку (это тоже не их мысль), не понимая, что без таких элементарных вещей как: сыр, дороги, удобные дома, красивые улицы городов и далее - образование, медицина, высокоточные станки и свободные, творческие люди, способные их проектировать и производить, не бывает последнего. Или бывает, но имеет форму мобилизационного полуГУЛАГ-а и в долгосрочной перспективе надорвет нищих и недоедающих, и развалится.


Не навели порядок в своем мире, а уже лезут во вселенную; не говоря уже о соседях.

Технари и прочие люди, не имеющие успеха у красивых женщин, не могут понять, что не все теории заговоров - теории. Есть и практики. Но чаще это игра; и в неё может играть каждый. Чем больше людей вовлечено в обсуждение, тем интереснее и насыщеннее игра.

Иногда такая игра может открыть необычный взгляд, а может просто развлечь. Пик удовольствия наступает, когда ты сам веришь (настоящий автор не может не верить в то, что пишет в момент), тогда на секунду виднеется купол.

Говноментарии могут входить в состояние игры лишь через юмор и философию, технари же могли бы внести конструктивную составляющую, используя тот же подход (играя с детьми в войнушку, вы же не объясняете им, что действо не имеет смысла т.к. оружие не настоящее?). Правильное поведение - подыграть.
В таком случае технарь становится и гуманитарием - т.е. на один шаг приближается к высшей форме человека мыслящего и самоироничного. У него пропадает раздражение и ему улыбаются красивые женщины, а братюни в блестящих шапочках похлопывают по плечу.

Случайно зашедший читатель, сам того не подозревая, попадает в зазеркалье, у него трещат шаблоны, с неба падают осколки, а окружающие за этим наблюдают через стекло, находясь как бы над.

Открыл историю Белоруссии и Литвы, изданную Батюшковым по повелению Александра III, святого и праведного (читай: «Официальную точку зрения Российской Империи»). Вы будете смеяться, но нарратив там следующий: Великое Княжество Литовское было русско-литовским национальным государством (и, кстати, литовцы - это почти русские, всячески подчеркивается, что различия лишь в названиях, общность выводится с языческих дохристианских времен), которое потом, цитата, «совратили в латинство поляки и паписты», но, к счастью, пришла Екатерина II и молча поправила все.

Иначе говоря, современный змагарский дискурс «белорусы - это лицвины» вызвал бы в Российской Империи вежливое недоумение: «Ну да, и чо? Вы пишете так, как будто лицвины - это не русские, лол».

Скажите, а куда где нажать, чтобы убрали советских-постсоветских идиотов и вернули мне мой 1889-ый?

Я, признаться, вообще о белорусах ничего не знаю, а новая общность на основании лора Ведьмака мне не кажется столь существенной, для нашего будущего различия.
Эстетически бело-красный флаг с рыцарем мне нравится больше. Но что стоит за ним я не знаю.

Для меня белорусы это что то вроде бретонцев у Французов, т.е. это регион Франции со своей культурой, какими то словами, но в целом это такие же французы и Франция.
Для меня и в моем мироощущении белорусы = русские.
Простите кого я этим задел.

Единственную необходимость в национализме вижу в желании отделиться от российского притяжения. Все редкие нормальные русские хотят того же самого.
Упрекнуть меня в симпатиях современной РФ трудно, но уход от русской Культуры в местечковую, да простят меня хохлы, это комичный позор уровня хуторской самодеятельности.
Я понимаю, что Ресурсная Имитация не способна предложить иную историческую общность, кроме, воняющей старухами, советской, но мне кажется противопоставлять себя русским даже не ошибка, а позиция незрелая.
Даже в рамках Советской истории, истории кровавой и тяжёлой, мы, именно МЫ - были едины. И остаемся; достаточно взглянуть на любой форум, где белорусы и русские никогда ничего не делили, а находились в едином пространстве, единого языка.

Но возможно я ошибаюсь, и вы мне, и многим русскоговорящим читателям, объясните кто такие белорусы и что это за новый-старый флаг. Без негатива.

Порой в наших комментариях появляются глубокие, литературные вещи. Например очень точное объяснение нечеловеческой жестокости, тех, кто должен охранять нас от насилия:

Мне в принципе уже все давно известно про людскую натуру, могу зачастую поставить себя на место той или иной личности, поняв те порывы что главенствуют в ее нутре в тот или иной миг. Но подобную кровожадность сымитировать внутри себя как-то сложно. Тупо интересно какими путями в наше время воспроизводят подобных юнитов.

Первое что приходит на ум — лишения. Будто я человек с изломанной судьбой который прежде всего сам для себя клетка. Но потом, меня еще чуть ли не насильно удерживают где-то, топят в исконных человеческих инстинктах и иерархиях. А затем — резкий контраст. Мне показывают людей которые все это время осмелились существовать как-то иначе чем я. Эти наглые твари с чего-то вдруг ходят за ручки по паркам, катаются ради развлечения на мотоциклах, едят картошку фри и смеют даже что-то выбирать в своей жизни. Нет, для меня это неприемлемо. Кто они такие чтобы вообще ходить без оглядки? Дышать так самонадеянно, так вальяжно? Недопустимо. Нужно утянуть их с собой любой ценой.

Ilana

Если долго бороться со злом, сам им становишься. Но тут прозаичнее. У зеков и вертухаев, особенно в удаленных уголках, стирается культурная граница, ведь сидят в изоляции обе стороны, решетки - условность. Изолированы и завязаны друг на друге обе категории. Сидят вместе.
Порой можно обменяться звездами на погонах и ключицах, и разницы не будет!

Основа белоруской идентичности так называемых силовиков и прочих погон - победа над фашистами. Ими и стали.
И натурально воспроизвели концентрационные лагеря для простого населения.

В масштабах целой страны концентрационный лагерь был совсем недавно, многие в нем родились и выросли. А кто то даже скучает по тому режиму . Белорусы, те что родились после, почувствовали на себе его природу.

Именно оттуда корни такого явления как советские граждане: старухи , ржаные-гречневые мужики, солдафоны, прочие ватники - пребывание в клетке; отсюда искалеченная форма мировосприятия. Их не просто так на целый век изолировали от мира, создав перевернутую систему ценностей и образ врага в виде самой жизни.

Подвергнутые личностному насилию и общественному закрепощению люди боятся проявления иной жизни и права выбора как элемента свободы. Люди боятся хлопать в ладоши в виде формы мирного протеста!

Многие не понимают зачем. Как собака, всю жизнь просидевшая на цепи, хлебе и воде, вдруг выпущенная, остается сидеть у будки и лаять за забор. Животное не знает как жить по другому, но знает что где-то там враг.